Николай Александрович Бердяев

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к навигации Перейти к поиску

Николай Бердяев

Bierdiajew phixr.jpg




Дата рождения:
18.3.1874 (6)
Место рождения:
Киев, Российская Империя
Дата смерти:
23.3.1948
Место смерти:
Кламар, Четвёртая французская республика









Философия:


Направление:
русская религиозная философия, религиозный экзистенциализм, персонализм, профетическая философия.
Интересы:
философская антропология, онтология, христианская мистика
Предшественники:
К. Н. Леонтьев, В. С. Соловьёв, Я. Бёме
Последователи:
Э. Мунье

Творчество:








В Сети:





Николай Александрович Бердя́ев (6 [18] марта 1874, Киев — 23 марта 1948, Кламар под Парижем) — российский религиозный и политический философ, представитель экзистенциализмa.

Биография[править | править код]

Летом 1913 года написал статью «Гасители духа» для газеты «Русская молва», раскритиковав политику православной Церкви против монахов-имяславцев на Афоне, за что был обвинён в богохульстве и чуть не попал на вечное поселение в Сибирь.


Цитаты[править | править код]

  • «Когда я поступил во второй класс кадетского корпуса и попал во время перемены между уроками в толпу товарищей кадетов, я почувствовал себя совершенно несчастным и потерянным. Я никогда не любил общества мальчиков-сверстников и избегал вращаться в их обществе… Общество мальчиков мне всегда казалось очень грубым, разговоры низменными и глупыми… Кадеты же мне показались особенно грубыми, неразвитыми, пошлыми… В коллективной атмосфере военного учебного заведения я был резким индивидуалистом, очень отъединённым от других»
  • «Каждая великая историческая эпоха, даже в новой истории человечества, столь неблагоприятной для мифологии, насыщена мифами»[1]
  • «Русское мышление гораздо более тоталитарно и целостно, чем мышление западное, более дифференцированное, разделённое на категории»[2]
  • «Русская интеллигенция всегда стремилась выработать себе тоталитарное, целостное миросозерцание, в котором Правда-истина будет соединена с Правдой-справедливостью»[2]
  • «Первым культурным свободолюбивым человеком в России был масон и декабрист, но он не был ещё самостоятельно мыслящим»[2]
  • «В Пушкине как будто на одно мгновенье соединилось то, что было у нас всегда разъединено — идеология империи и идеология интеллигенции»[3]
  • «…Русская революция являет собой торжество толстовства. На ней отпечатался и русский толстовский морализм, и русская аморальность. Толстой сумел привить русской интеллигенции ненависть ко всему исторически-индивидуальному и исторически-разностороннему. Он был выразителем той стороны русской природы, которая питала отвращение к исторической силе и исторической славе… Он морально уготовлял историческое самоубийство русского народа. Толстовская мораль обезоружила Россию и отдала её в руки врагов»[4]
  • «В русской революции победил новый антропологический тип. … Появился молодой человек во френче, гладко выбритый, военного типа, очень энергичный, дельный, одержимый волей к власти и проталкивающийся в первые ряды жизни, в большинстве случаев наглый и беззастенчивый. Его можно повсюду узнать, он повсюду господствует. Это он стремительно мчится в автомобиле, сокрушая всё и вся на пути своём, он заседает на ответственных советских местах, он расстреливает и он наживается на революции. … Чека также держится этими молодыми людьми. … В России, в русском народе что-то до неузнаваемости изменилось, изменилось выражение русского лица. Таких лиц прежде не было в России. Новый молодой человек — не русский, а интернациональный по своему типу…. Война сделала возможным появление этого типа, она была школой, выработавшей этих молодых людей»[5]
  • «Верящий в бессмертие должен трезво относиться к плану земной жизни и видеть, что в нём невозможно окончательно преодолеть тёмное иррациональное начало, что в нём неизбежно страдание, зло и несовершенство»[6]
  • «Во мне вызывает сильное противление то, что для русской эмиграции главный вопрос есть вопрос об отношении к советской власти. Между тем как я считаю главным вопросом вопрос об отношении к русскому народу»[7]

Примечания[править | править код]

  1. Цит. по: Мещеряков М. Т. Судьба интербригад в Испании по новым документам // Новая и новейшая история. — 1993. — № 5. — С. 18.
  2. а б в Цит. по: Шелохаев В. В. Общественная мысль России: теоретико-методологические проблемы ее изучения // Вопросы истории. — 2010. — № 6. — С. 39.
  3. Цит. по: Боханов А. Н. А. С. Пушкин и национально-государственная самоидентификация России // Отечественная история. — 2002. — № 5. — С. 5.
  4. Цит. по: Барковец О., Крылов-Толстикович А. Неизвестный император Александр III: Очерки о жизни, любви и смерти. — М.: РИПОЛ КЛАССИК, 2003. — С. 102. ISBN 5-7905-1412-X
  5. Цит. по: Нарский И. В. Фронтовой опыт русских солдат. 1914‒1916 годы // Новая и новейшая история. — 2005. — № 1. — С. 204.
  6. Цит. по: Кон И. С. Буржуазная философия истории в тупике // Вопросы истории. — 1960. — № 12. — С. 45.
  7. Цит. по: Васин А. Н., Велембовская К. М. Комитет «Помощь России в войне». Американская гуманитарная помощь СССР в годы Великой Отечественной войны // Новая и новейшая история. — 2013. — № 4. — С. 90.

См. также[править | править код]

Ссылки[править | править код]

Литература и документы[править | править код]

  • Н. А. Бердяев: pro et contra. Кн. 1 / Сост., вступ. ст. и прим. А. А. Ермичева. — СПб.: РХГИ, 1994. — 573 с.
  • «Революция есть искупление грехов»: Письмо Н. А. Бердяева А. В. Тырковой. Ноябрь 1922 г. // Исторический архив. — 1995. — № 3. — С. 178‒182.
  • «Карьера ученого казалась мне гораздо более соблазнительной». Документы Н. А. Бердяева из фондов Государственного архива г. Киева. 1894 г. // Исторический архив. — 2002. — № 4. — С. 174‒180.
  • Волкогонова О. Д. Бердяев. — М.: Молодая гвардия, 2010. — 390[10] с.: ил. ISBN 978-5-235-03361-0 (ЖЗЛ)